В Узбекистане исчезает «нарисованное» благополучие

Среда, 27 Декабря 2017

В последние месяцы «из темноты» всё чаще выплывают цифры, говорящие о реальном состоянии дел в Узбекистане. 22 декабря о многолетней фальсификации статданных упомянул и сам президент Мирзиёев, признавший, что ежегодный рост промышленного производства на 8-9 процентов, о чем заявлялось на протяжении последних десятилетий, – неправда. А несколькими днями ранее был опубликован объем госбюджета на будущий год. Если в 2017-м он составлял 47 триллионов сумов или $14,9 миллиарда, то в 2018 году увеличится уже до 62,2 триллиона сумов или …$7,5 миллиарда. В узбекских сумах он вырастает на 15,2 триллионов, в долларах уменьшается на $7,4 миллиарда (спасибо подсчитавшему это Бабуру Гулямову). Уменьшение произошло по причине отмены сказочного курса Центробанка, вдвое заниженного, и использовавшегося только для официальных расчетов и выделения «дешевой» валюты правильным людям из окружения покойного президента.

14 декабря на заседании Международного пресс-клуба председателем Государственного комитета Узбекистана по статистике Б. Бегаловым, первым заместителем министра экономики М. Мирзаевым и другими чиновниками был назван уровень средней зарплаты в стране. К сентябрю 2017 года он составил 1,346 миллиона сумов ($166 по курсу ЦБ или $162 по реальному курсу) и, пожалуй, впервые был приближен к действительности. Откровенно говоря, сам я считал, что средняя зарплата «плавает» где-то в рамках от 200 до 400 долларов. На деле ее уровень оказался гораздо ниже.

Уровень дохода

Относительно средней зарплаты достоверными можно считать цифры, опубликованные в 1994 году - среднемесячная зарплата, рассчитанная по паритету покупательской способности, тогда была одинаковой в Узбекистане и в Казахстане, и составляла около 40 долларов (по данным МВФ). В то время Госкомстат еще не приступил к тотальному «улучшению» статданных путем приписок, так что этим показателям можно верить.

С тех пор, согласно официальной отчетности, зарплата неуклонно росла, росла и в 2010 году Минфин и Госкомстат поведали, что она доросла до 553,8 тысячи сумов (на тот момент $340 по официальному или $246 по реальному курсу).

В том же 2010-м, выступая на торжествах в честь Дня независимости, президент Каримов заявил, что «уже в текущем году средняя заработная плата в Узбекистане составит 500 долларов США и увеличится почти в 14 раз [по сравнению с 1990-м годом]». Таким образом, глава государства хотя бы на словах исполнил обещание, данное им за три года до этого, перед его третьими президентскими выборами: каждые три года увеличивать зарплату в 2-2,5 раза.

Напомню, что 30 августа 2007 года Ислам Абдуганиевич озвучил сенсационные данные о стремительном росте доходов узбекистанцев и сообщил, что к концу 2007 года уровень средней зарплаты достигнет 200 долларов. И это только начало. «Принимая во внимание (…) сложившиеся тенденции в экономике страны, мы ставим перед собой задачу (…) к 2010 году, то есть, за три предстоящих года, увеличить ее в 2,5 раза». «Поставлена стратегически важная задача – каждые три года повышать заработную плату в 2–2,5 раза», - объявил он.

Несложно подсчитать, что к 2014-му она должна была составить уже тысячу долларов, а к 2017-му – две-две с половиной тысячи.

Очевидно, что приводя эти данные, президент Каримов имел в виду курс официальный, по сути своей фиктивный. Однако 500 «зеленых» не выходило даже так (получалось на 47 процентов меньше), поэтому из какого источника он почерпнул эти сведения, так и осталось загадкой.

Мубин Мирзаев. Фото Шухрата Латипова, Газета.Uz

Мубин Мирзаев. Фото Шухрата Латипова, Газета.Uz

В той же речи глава государства сообщил о росте экономики страны в течение двух последних лет «соответственно [на] 9 и 8,1 процента, и в текущем году этот показатель ожидается в пределах 8,5 процента». За счет каких доходов удалось добиться увеличения зарплаты аж в 2-2,5 раза, он уточнять не стал.

После 2010 года в отчетах Минфина и Госкомстата размер средних зарплат больше не указывался, говорилось лишь об их росте в процентах, отмечает «Фергана». И такое положение сохранялось вплоть до вышеупомянутого заявления о ее действительной величине.

Выходит, и Минфин, и Госкомстат, и лично президент Каримов годами утверждали, что она растет да растет, а она снижалась?

С одной стороны логично предположить, что уровень средней зарплаты не упал, а просто Шавкат Мирзиёев велел, наконец, назвать показатель, более приближенный к реальности. С другой – недавно последовало еще одно невозможное при Каримове признание – в 2011-2016 годах объем иностранных инвестиций в Узбекистан упал на 40 процентов - с 3,3 до 1,9 миллиарда долларов. Об этом 8 ноября сообщил председатель Государственного комитета по инвестициям Азим Ахмедхаджаев. То есть грабительский захват иностранного бизнеса, «особое» отношение к правам собственников и невозможность вывести из страны валюту привели к тому, что желающих вкладывать деньги в проекты в Узбекистане стало намного меньше. И это немедленно отразилось на общем снижении уровня жизни, в том числе, разумеется, и зарплат. При этом не исключено, что приведенные цифры являются щадящими, а в действительности средний уровень дохода еще ниже.

Таким образом, скорее всего, и зарплаты не выросли либо почти не выросли, и впридачу были озвучены более реалистичные статданные.

Но давайте для сравнения взглянем на изменение минимальной зарплаты (этот показатель не засекречивался, так что тут можно кое-что проверить). Итак, в августе 2009 года «минималка» составляла 33.645 сумов ($18,4 по реальному курсу), в августе 2010-го, когда Каримов произносил свою эпохальную речь о скорой 500-долларовой зарплате, она была равна 45.215 сумов ($20,4), а в августе 2017 года – 149.775 (около $19). С декабря зарплаты и пенсии в Узбекистане на 15 процентов были повышены, после чего МРОТ составил 172.240 сумов ($20,7) в месяц. За восемь лет и четыре месяца минимальная зарплата выросла на 30 центов.

Об инфляции

В последние месяцы представители власти, наконец, признали, что инфляция, то бишь рост цен на товары и услуги в Узбекистане, не столь уж мала.

Напомню, что традиционно ее уровень во время ежегодного подведения итогов минувшего года под аплодисменты слушателей озвучивал сам президент. Причем, он всегда врал, что она относительно небольшая. Например, в 2012 году, по словам Ислама Каримова, инфляция не превысила 7 процентов, в 2013-м составила 6,8 процента, 2014-м - 6,1 процента, 2015-м - 6,1 процента. В то же время курс доллара рос на десятки процентов в год (а стоимость всех товаров в стране привязана к нему, кроме т.н. «социальных» продуктов – буханочного хлеба, муки, сахара).

Но называть очевидное очевидным, то есть упоминать о действительной инфляции узбекистанским СМИ не разрешалось, и этот вопрос они обходили стороной. Время от времени журналисты независимых, заблокированных в Узбекистане веб-изданий, всё же вычисляли ее примерный уровень (об этом можно прочитать здесь, здесь, здесь и здесь). И выходило, что ежегодная инфляция, кроме 2009-го, когда в связи с мировым финансово-экономическим кризисом цены в пересчете на доллары даже упали, составляла десятки процентов, а ежегодные повышения зарплат и пенсий с одной стороны компенсировали всеобщее удорожание, с другой – способствовали ему, как это обычно и бывает при выпуске банкнот, не обеспеченных приростом производства.

Эстафету лжи подхватил было и новый президент Мирзиёев, который в своей январской речи, посвященной итогам 2016 года, заявил, что в прошедшем году инфляция составила 5,7 процента (хотя реальный курс доллара за тот же период вырос на 20 процентов (с 5500-5650 до 6.600-6.750 сумов)).

Однако он же, похоже, и решил покончить с этой порочной практикой: недавно были озвучены реальные либо близкие к реальным данные о росте цен. «Инфляция в Узбекистане по итогам 2017 года ожидается в пределах 11-12 процентов, проинформировал руководитель департамента монетарной политики Центробанка Ильхом Норкулов». А первый заместитель министра экономики Мубин Мирзаев на вышеупомянутом заседании уточнил, что она ожидается в пределах 13-14 процентов. Правда, он объяснил, что эти цифры так велики ввиду проводящейся либерализации цен и применения новой методики расчетов. По его утверждению, переход на методику Международного валютного фонда и осуществление расчетов на ее основе также повлияет на увеличение этого показателя.

Между тем, еще не факт, что названные цифры, несмотря на то, что они больше похожи на настоящие, отражают истинное положение дел. Например, по данным начальника отдела статистики цен производителей Мухтара Умарова, за первые 11 месяцев 2017 года автомобили в Узбекистане подорожали в среднем на 50,2 процента, а такой социально-значимый товар как говядина – в среднем на 33,3 процента. Цены на бензин в этом году выросли на 39 процентов. По данным радио Озодлик в начале декабря цены на макаронные изделия подскочили на 70-80 процентов, импортируемую из Казахстана муку – на 40 процентов. По информации правозащитника Джахонгира Шосалимова, работающего торговцем, по сравнению с октябрем цены на ташкентском рынке Чорсу поднялись на 20-30 процентов.

На том же заседании Международного пресс-клуба, где был озвучен размер средней зарплаты, Мубин Мирзаев сделал еще одно интересное заявление. По его словам, в будущем заработная плата станет повышаться исходя из уровня инфляции и, начиная с 2018 года, в Узбекистане темпы её увеличения будут не ниже этого уровня. Таким образом, он фактически признал, что до сих пор рост зарплаты отставал от роста цен, то есть ДОХОДЫ НАСЕЛЕНИЯ ПАДАЛИ.

Об этом свидетельствуют и данные текущего года. Зарплаты и пенсии в декабре были повышены в среднем в 1,15 раза, а рост инфляции, как выше уже говорилось, ожидается на уровне 13-14 процентов. Другими словами, она будет сопоставима с компенсационными выплатами бюджетникам, пенсионерам и людям, получающим соцпособия.

Из слов замминистра экономики вытекает, что отныне пенсии и заработная плата будут повышаться не в целях «неуклонного роста благосостояния трудящихся», а исключительно для того, чтобы они не отставали от инфляции. Об их реальном увеличении, по сути, предлагается забыть.

О потребительской корзине

Еще один связанный с уровнем жизни показатель – расчет прожиточного минимума, так называемой потребительской корзины. 22 декабря, выступая с посланием к парламенту страны, Мирзиёев заявил, что «нам нужно закрепить в законодательстве и создать механизмы практического применения понятия «потребительская корзина», необходимого для выявления уровня доходов, достаточного для достойной жизни населения».

Дело в том, что при Каримове под запретом, причем самом что ни на есть осязаемом, оказался и этот показатель. Местным СМИ не только не разрешалось публиковать подобные расчеты, но даже упоминать сам термин «потребительская корзина»: в начале 2000-х цензоры перечеркивали подготовленные материалы такого рода со словами «запрещено» (я хорошо это помню).

Однако в текущем году о нем вдруг стали вспоминать. В январе представители власти пообещали разработать к концу года проект закона «О государственных минимальных социальных стандартах», где будут установлены нормы для расчета соцвыплат и потребностей населения, и куда будут включены необходимые расходы на образование, медицинское обслуживание и жилье. Правда, пока этого так и не произошло.

В ноябре журналисты издания «Biznes-daily.uz» попытались разработать свой вариант потребительской корзины узбекистанцев, состоящей из 100 наименований (по состоянию на III квартал 2017 года).

В итоге у них получилось, что с учетом нынешних цен минимальная пенсия должна составлять 1.005.500 сумов ($122), минимальная заработная плата у женщины с двумя детьми - 3.308.600 сумов ($403), средняя зарплата у мужчины с тремя иждивенцами - 4.267.600 сумов ($520), пособие по безработице - не менее 1.100.000 сумов ($134), а пособие по уходу за ребёнком до 3 лет – 1.049.800 сумов ($128). «Можно определить, что у большинства узбекских семей уходит на продукты питания примерно 70-80 % семейного бюджета», - подытожили авторы статьи.

О производстве и снижении цен

Во время того же выше упоминавшегося заседания первый замминистра экономики объяснил, какие меры государство планирует предпринять для повышения уровня доходов граждан. «Для этого у нас должно быть хорошее производство. То есть нужно больше производить и реализовывать товаров и услуг, создавать рабочие места. Это взаимосвязано», - сказал Мубин Мирзаев.

По его словам, в первую очередь необходимо решить три основные проблемы: дефицита топлива (в Узбекистане мало нефти, ее месторождения небольшие, разрабатывать их нерентабельно, а количество транспорта растет – AsiaTerra), обеспечения бесперебойной поставки электроэнергии и газа, включая самые отдаленные районы республики, что позволит снизить себестоимость продукции, увеличить конкурентоспособность производителей и нарастить объемы производства.

Одновременно М.Мирзаев рассказал о мерах, направленных на снижение стоимости товаров и продуктов. Рост цен продолжится, но к 2019-2020 годам стоимость товаров народного потребления должна уменьшиться. Этому призван помочь Фонд содействия стабилизации цен на внутреннем потребительском рынке (средствами которого будет распоряжаться специальная комиссия во главе с премьер-министром Абдуллой Ариповым - AsiaTerra), созданный указом президента в июле 2017 года. Минфин перевел в этот Фонд средства в эквиваленте 100 миллионов долларов - на сглаживание сезонных и иных резких колебаний спроса и предложения на такие продовольственные товары, как мясо, растительное масло, зерновые, мука, картофель и другие социально значимые продукты. (Имеется в виду закупка этих товаров и периодическая поставка их на рынки страны, чтобы сбивать высокие цены.)

Любопытно, что, как вытекает из высказываний чиновника, снижения цен планируется достичь не не за счёт повышения производительности труда, введения конвертации, отмены высоких таможенных пошлин и создания условий для здоровой конкуренции, а исключительно за счёт этого самого стабилизационного фонда.

Тем не менее, едва ли не впервые в новейшей истории Узбекистана рост благосостояния публично связывается с ростом реального производства. В предыдущие годы члены правительства и высокопоставленные чиновники умело избегали даже самой постановки подобного вопроса.

Как в действительности росло производство в Узбекистане, сказать невозможно. Шавкат Мирзиёев 22 декабря заявил, что в 2017 году «устойчивые темпы экономического роста составили 5,5 процента» и это, по его словам, не завышенный показатель, а подлинный, проверенный с участием международных институтов.

А что было раньше? Уже понятно, что официальным цифрам верить нельзя. По личному опыту каждый из живущих в Узбекистане (кроме Навоийской области, где добывают и перерабатывают золото и уран, и еще нескольких городов, где открылись или сохраняются большие предприятия – Асаки, Шуртана, Бекабада, Алмалыка) знает, что на его «малой родине» в 1990-2000-е перестало действовать большинство заводов и фабрик. Сколько, никому не известно – это секрет государственной важности. Например, в Ташкенте за последние полтора-два десятилетия были ликвидированы авиазавод имени Чкалова, Ташсельмаш, Узбексельмаш, ТТЗ, «Фотон», кондитерские, швейные и текстильные фабрики, трамвайные и троллейбусные парки, а на их бывших территориях разбиты парковые зоны. Новых производственных объединений не создано. Примерно та же ситуация и в других городах и регионах республики.

«Я эколог. Сейчас с экологией стало полегче. Закрылись предприятия. Из ста осталось где-то двадцать пять», - то ли удовлетворенно, то ли растерянно поведал мне в 2004 году в Фергане один из местных активистов (я записал эту фразу).

Еще один важный момент. Объем производства в Узбекистане всегда приводится в сумах, однако ежегодная инфляция или обесценивание национальной валюты по отношению к доллару намеренно не учитываются. Скажем, Госкомстат бодро докладывает: «За январь-ноябрь 2017 года предприятиями республики произведено промышленной продукции на 127,4 трлн. сум, темп роста к аналогичному периоду прошлого года составил 105,8 %». А то, что инфляция в три раза перекрывает этот рост, а обесценивание сума – в три с половиной раза (курс доллара на «черном рынке» по отношению к суму в течение 2016 года вырос на 20, а официальный курс ЦБ - на 15 процентов) сознательно игнорируется. Потому что если учесть эти показатели, станет видно, что производство не только не выросло, но даже сократилось по сравнению с предыдущим годом. И так – на протяжении десятилетий.

Что касается снижения цен на продовольственные и другие товары, то сейчас стали предприниматься некоторые правильные шаги. Шавкат Мирзиёев инициировал принятие законопроекта об отмене льгот и преференций для импортеров-монополистов, извлекающих сверхприбыли. Это необходимо, потому что цены в стране были искусственно раздуты с начала 2000-х, чтобы приближенным к семье Ислама Каримова «бизнесменам» можно было без всякой конкуренции ввозить в страну с населением в 25 миллионов человек продовольственные и другие товары. С тех пор их стоимость в Узбекистане в полтора-два раза выше, чем в соседних Казахстане и Киргизии. И снижение их до нормального уровня, не завышенного, стало бы не только большим прогрессом, но и восстановлением справедливости.

Примечательно, что всё становится явным, но чиновники по-прежнему пытаются вешать лапшу. Месяц назад председатель Государственного комитета по инвестициям Азим Ахмедхаджаев объявил, что Всемирный банк воздал должное инвестиционному потенциалу Узбекистана в рейтинге «Ведение бизнеса-2018», включив его в десятку мировых лидеров по улучшению делового климата. «С 2012 по 2017 годы Узбекистан поднялся на 92 позиции в рейтинге - со 166-го на 74-е место. Наша следующая цель довольно амбициозна - мы хотим войти в топ-20 стран рейтинга к 2025 году», - заявил глава Госкоминвестиций.

О том, что республика заняла свое место в рейтинге благодаря предоставленным банку липовым статистическим данным, он предпочел не упоминать…


Алексей Волосевич


Комментарии  

 
#1 Ернар 02.01.2018 20:25
У нас в Казахстане тоже самое. Официальная средняя зарплата 150тыс. реальная 60...70тыс. Приписка и враньё.
Цитировать