Не спорю, пытки достаточно широко применяются следственными органами во всем мире. Редко какая страна может заявить об их отсутствии при проведении следственных действий, но меня, как гражданина Узбекистана, более интересует ситуация в своей стране – зачем разглядывать соринку в чужом глазу, если в своем бревно.

Пока узбекские власти совместно с Международной организацией труда (МОТ) громогласно заявляют о достигнутом прогрессе в борьбе с принудительным и детским трудом на сборе хлопка, против правозащитника Дмитрия Тихонова, который на деле боролся с эксплуатацией взрослых и детей и из-за этого был вынужден покинуть Узбекистан в 2015-м, как оказалось, было возбуждено уголовное дело, а сам он объявлен в розыск за «прорыв границы».

В первых числах месяца в Караганде произошла целая серия выступлений, вызванная резонансным событием: массовой дракой в ночь на 1 января в центре этого города, закончившейся поножовщиной и гибелью 23-летнего молодого казаха Рахимжана Жансеита (трое других мужчин в возрасте от 24 до 27 лет получили травмы различной степени тяжести).

Октябрьский приезд Путина в Ташкент журналисты назвали «прорывным» в узбекско-российских отношениях. Действительно, он оказался громким: и из-за небывалой представительности российской делегации, и по количеству заключенных и анонсированных экономических договоров, и в связи с объявлением о начале строительства АЭС. Но если встреча на высшем уровне дала столь ощутимые результаты, то что мешало развивать взаимовыгодные связи раньше, не теряя драгоценного времени, и что мешает сейчас? И так ли уж необходима Узбекистану дорогостоящая атомная станция, как уверяют узбекские и российские власти? Обо всём этом – в статье, посвященной прошедшему визиту.

На государственном портале для обсуждения проектов нормативно-правовых актов с 25 сентября идет обсуждение проекта правительственного постановления «Об утверждении Положения о порядке возмещения убытков физическим и юридическим лицам в связи с изъятием земельных участков для государственных и общественных нужд в городе Ташкенте», отрывающего возможность для массовой конфискации жилья и фактически отбрасывающего страну до уровня некоего африканского квазигосударственного образования. Разработчик документа – ташкентская администрация, а подписал его премьер-министр Абдулла Арипов. В соцсетях его открыто называют «антинародным» за противоречие нормам административного, гражданского и жилищного законодательства, а также Конституции Узбекистана.

Сфера высшего образования в Узбекистане по-прежнему одна из самых проблемных. На днях нам стали известны подробности скандала, случившегося в Узбекско-китайском институте имени Конфуция (УКИК), созданном тринадцать лет назад при Ташкентском государственном институте востоковедения (ТГИВ). Краткая суть случившегося: узбекского студента лицея приняли в это учебное заведение, а после его окончания, взяв плату за проведение международных экзаменов и вслед за уведомлением о зачислении в китайский университет, ему отказали в обучении за счет гранта. И никаких объяснений по этому поводу не дают. Более того, вскоре выяснилось, что таких принятых, а затем «отвергнутых» по никому не известным причинам студентов насчитывается более двадцати человек. А ведь это не только потерянные деньги, но и нервы, и время. Изучив ситуацию, мы пришли к выводу, что учредители действующего на территории Узбекистана иностранного образовательного учреждения непосредственным образом нарушают законы страны.

В Узбекистане горячо обсуждают очередной инцидент с участием руководителя «Международного пресс-клуба» (телепередачи в формате ток-шоу), одновременно занимающего должность ректора недавно открывшегося Университета журналистики и массовых коммуникаций Шерзода Кудратходжаева, на сей раз выступившего в роли обиженного националиста.

28 августа завершилось обсуждение выставленного двумя неделями ранее в интернете законопроекта «О внесении изменения и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Узбекистан», предусматривающего введение административного и уголовного наказания за незаконный (несанкционированный) доступ к сети телекоммуникаций. Журналисты заподозрили в этом намерение властей запретить анонимайзеры и прочие программы, позволяющие обходить блокировку сайтов. Общественность «встала на дыбы», и уже через день последовало опровержение: запрещать анонимайзеры никто не собирается, имелось в виду совершенно другое. СМИ успокоились, но сомнения остались: а вдруг эти слова были лишь отговоркой, и «запретительный» закон вот-вот примут?..

Неделю назад зрители республиканских телеканалов с умилением наблюдали за тем, как исполняющий обязанности хокима столицы Д. Артыкходжаев вручает свежеизготовленный паспорт Наргизе Игамовой – старшей лаборантке Кибрайского районного медицинского объединения Ташкентской области. Это произошло ровно в тот же день, когда научный секретарь Института ядерной физики Сайрамбой Игамов поведал о проблеме своей жены с получением гражданства президенту Узбекистана, во время посещения последним посёлка узбекских ядерщиков близ Ташкента. Глава государства заверил ученого-физика, что его просьба обязательно будет удовлетворена.

В последние дни в интернет-изданиях и соцсетях активно распространяется информация о новом акте вандализма в историческом центре Самарканда - сносе здания местного почтамта, возведенного в 1910 году и внесенного в 2001 году во Всемирный список культурного наследия ЮНЕСКО. Первым об этом рассказал градозащитник и блогер Мурат Сарсенов, известный читателям по предыдущим публикациям на ту же тему. Он поместил на своей странице в Фейсбуке видеосюжет с места событий.

Управлением по борьбе с организованной преступностью и коррупцией Генеральной прокуратуры Узбекистана возбуждено и расследуется уголовное дело по хищению сельхозпродукции в Ташкенте. Это своеобразное продолжение весенней истории с раздачей населению бесплатного лука, значительная часть которого оказалась проросшей и непригодной для употребления в пищу. Напомню, что в апреле кучи испорченного лука лежали по всему городу. В качестве основных фигурантов дела задержаны руководители почти всех крупных рынков узбекской столицы, в том числе «Ипподрома» и юнусабадского. Примечательно, что все эти рынки не продуктовые; а вещевые, а их учредителем со стопроцентным долевым участием является столичный хокимият (администрация).

Хорошие статьи, посвященные не описанию, но осмыслению современности, в Узбекистане встречаются, к сожалению, не часто. И в этом плане несомненный интерес вызывают публикации режиссера-документалиста Абдулазиза Махмудова, в которых он обращается к острым и важным темам, пытаясь докопаться до глубинных корней того, что происходит со страной в последние десятилетия. При этом публицист, как бы размышляя вслух, безбоязненно высказывает всё, что думает, без оглядки на возможные «проблемы», сообразуясь лишь с собственным пониманием жизни, своими знаниями и опытом.

По имеющим отношение к Узбекистану независимым интернет-изданиям в течение последнего года прокатилась волна публикаций об Ахмаджоне Адылове, директоре крупнейшего в СССР Папского агропромышленного комплекса. Несмотря на то, что написаны они разными авторами, все они, по сути, панегиричны, то есть, направлены на «обеление» этого одиозного «советского феодала», в них сознательно замалчиваются темные стороны его личности, благодаря которым сама фамилия Адылова стала нарицательной, обозначая взращенного коррумпированной советской элитой влиятельного местного царька, наслаждающегося собственной властью и игнорирующего законность.

Официальный визит Шавката Мирзиёева в США, проходивший с 15 по 17 мая, американская сторона, не скупясь на комплименты, назвала «историческим».

Как и ожидалось, в ходе двусторонней встречи глав государств было подписано множество перспективных договоров и соглашений, еще больше дано обещаний и заверений, а итоговое Совместное заявление получило наименование «Начало новой эры стратегического партнерства между США и Узбекистаном».

Государственный визит президента Турции Реджепа Эрдогана, прибывшего в Узбекистан с супругой и в сопровождении более чем двухсот крупных банкиров и бизнесменов, продолжался с 29 апреля по 1 мая. Медиаслужбы обоих стран описали его в самых восторженных выражениях, именуя продолжением «братских отношений, основанных на дружбе и доверии», и предрекая расцвет взаимовыгодного сотрудничества. Как и в ходе предыдущих встреч на высшем уровне, стороны наобещали друг другу самые заманчивые проекты в разных сферах, сулящие народам двух стран благополучие и процветание, а политическому истэблишменту – дополнительные очки на международной арене. А каковы практические результаты поездки? Попытаемся их оценить.

Официальный двухдневный визит президента Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедова в Узбекистан, проходивший 23-24 апреля, завершился. По его итогам, как и предполагалось, был подписан ряд документов, и, как восторженно рапортуют узбекские СМИ, цитируя президента Шавката Мирзиёева, «нерешенных вопросов с Туркменистаном не осталось». Напомним, что практически те же слова он произнес, говоря об улучшении отношений с Таджикистаном. Но и в том, и в другом случае проблем, так и оставшихся нерешенными, что называется, «выше крыши».

Имя пластического хирурга Владимира Тапии Фернандеса (Тапия Владимир Эдуардо; «дядя Эдик») среднестатическому жителю Узбекистана вряд ли что-нибудь скажет, зато хорошо знакомо его состоятельным пациентам в Российской Федерации. Его так и называют - «звездный» хирург, поскольку через его профессиональные руки прошла значительная часть российской элиты: у него оперировались знаменитости из мира кино, театра, эстрады, а также известные политики и дипломаты. Некоторые из его постоянных клиентов, проживающих в разных странах, по слухам, до сих пор обращаются к нему за решением своих «эстетических» проблем.

Двухдневный визит главы Узбекистана Шавката Мирзиёева в соседний Таджикистан, состоявшийся 9-10 марта, можно назвать прорывным в восстановлении запущенных донельзя двухсторонних отношений. Уже то обстоятельство, что Мирзиёева в аэропорту встретил президент Эмомали Рахмон в сопровождении более чем 12 тысяч студентов и школьников, говорило о многом. По итогам встречи были подписан договор об отдельных участках узбекско-таджикской государственной границы, соглашение о взаимных поездках граждан, а также пакет из 27 документов, касающихся сфер торговли, экономики, инвестиций, финансов, транспорта и транзита, сельского хозяйства, водно-энергетической отрасли, налогов, таможенного дела, туризма, образования и науки, здравоохранения, культуры, межрегионального сотрудничества, в области безопасности и противодействия преступности. «Под занавес» Шавкат Мирзиёев с удовлетворением отметил, что «между Узбекистаном и Таджикистаном не осталось нерешенных вопросов». Хотя на самом деле они остаются.

22 декабря президент Узбекистана выступил с посланием к парламенту страны, в котором подвел некоторые итоги 2017 года и поделился планами на ближайшее будущее. Государственные СМИ подчеркивают, что это произошло впервые. В целом его выступление было выдержано в привычной стилистике «урожаи растут», но в то же время содержало непривычно большое количество критических замечаний о происходящем в республике.

После «судьбоносного» визита в Ташкент президента Турции Реджепа Эрдогана, попытавшегося укрепить отношения между двумя странами, ослабшие от каримовского «замораживания», прошел уже год. И полтора месяца – после ответной поездки в Стамбул президента Узбекистана, первой за последние 20 лет, о которой СМИ двух стран отчитались в самых высокопарных выражениях, именуя ее «исторической» и предрекая расцвет взаимовыгодного сотрудничества. И в первый, и во второй раз стороны много чего наобещали друг другу. Были подписаны десятки документов, сулящих Узбекистану миллиардные инвестиции, а Турции – изрядную прибыль. Что же было сделано в течение года, какие договоренности воплотились в практические дела, а какие нет? И как за прошедшее с тех пор время изменились сами эти две страны?

Страница 1 из 7