Малохат Эшанкулова: тяжелая болезнь, выздоровление и насилие в Хорезме

Суббота, 10 Октября 2015

Имя независимой журналистки Малохат Эшанкуловой вновь оказалось на слуху, когда в конце сентября вместе с правозащитницей Еленой Урлаевой она побывала на хлопковых полях Хазараспского района Хорезмской области Узбекистана для изучения ситуации с использованием принудительного труда.

Отчаянных женщин неоднократно задерживала милиция, а в поисках флешки с фотографиями их даже раздели догола и подвергли принудительному гинекологическому осмотру. Но это не остановило гражданских активисток, и через несколько дней они продолжили свою деятельность уже в другой части страны.

Гинекологическое «изнасилование»

По словам Урлаевой и Эшанкуловой, в Хазараспском районе творится полный произвол. На сбор хлопка гонят даже школьников, а учащиеся колледжей, мобилизованные для работы в полях, живут в антисанитарных условиях и питаются впроголодь.

Малохат Эшанкулова

Малохат Эшанкулова

Появление правозащитниц переполошило руководителей Хазараспского района. Эшанкулову и Урлаеву задержали, и отобрали у них фото- и видеоаппаратуру. Вот как о случившемся рассказывает сама Малохат:

«28 сентября, в девять вечера, я незаметно зашла на заседание хокимията (администрации) Хазараспского района, где обсуждалось выполнение дневного плана по сбору хлопка. Здесь я записала на диктофон, как проводивший заседание хоким Уктам Курбанов оскорблял руководителей организаций, не выполнивших план, нецензурной бранью.

Пробыла я на этом собрании недолго - всего 6-7 минут. Затем кто-то позвонил хокиму и сообщил о моем присутствии. Курбанов стал искать меня среди сидящих в зале людей, и мне пришлось поспешно уйти. Он приказал своим подчиненным вернуть меня. Трое сотрудников хокимията погнались за мной, но я убежала от них, чтобы сохранить запись.

Той же ночью представители силовых структур оцепили поселок, в котором мы с Еленой Урлаевой остановились на ночлег. Нам пришлось укрыться в ближайших зарослях камыша, где мы отсиживались до пяти утра, пока не передали записи надежным людям. Затем мы отправились к шийпанам (полевым станам – AsiaTerra), где жили ученики. Но выспаться нам не удалось: в восемь утра нас задержала милиция и отвезла в РОВД Хазараспского района. Здесь, на диванчике, срочно вызванные гинекологи искали у нас флешку с записью мата местного хокима».

«Осматривала нас гинеколог центральной районной поликлиники Мехринисо Шокирова, которая искала флешку в наших половых органах при помощи рук и какого-то прибора, - добавляет Елена Урлаева. - Происходило это не в гинекологическом кресле, а на каком-то грязном диванчике. Подозреваю, что эта унизительная и незаконная процедура ко всему прочему еще снималась на скрытую видеокамеру. По крайней мере, милиционерами был снят на видео наш допрос, который длился двенадцать часов».

Рейд по Хорезмской области потребовал огромного напряжения моральных и физических сил. Но сегодня Малохат выглядит посвежевшей и полной энергии. Это тем более удивительно, что еще в августе она была невероятно худой, изможденной, еле двигалась, и даже собрала друзей, чтобы попрощаться с ними перед смертью.

Год назад «AsiaTerra» уже писала о Малохат Эшанкуловой: в статье «Матлюба Абдурахманова, девятикратно изнасилованная» был помещен ее репортаж. Летом 2013-го Малохат провела журналистское расследование, опровергающую версию властей о виновности семидесятилетнего старика в якобы имевшем место изнасиловании молодой девушки. Причем, провела его на свой страх и риск, не обращаясь в какие-либо государственные службы, со стороны которых она могла ожидать лишь противодействия.

Блестящее расследование характеризует Эшанкулову и как журналиста, и как человека. Но не объясняет, почему летом 2015 года она оказалась едва ли не при смерти, а ташкентские больницы отказывались ее принимать. И каким образом Малохат смогла в сентябре заняться отслеживанием рабского труда, убегая от нукеров районного хокима? Чтобы ответить на эти вопросы, необходимо вернуться к истокам нашей истории.

Как стать оппозиционером

Известность Малохат Эшанкулова получила в августе 2010 года, когда она, будучи старшим редактором телеканала «Ёшлар» («Молодежь»), вместе со своей коллегой Саодат Омоновой организовала пресс-конференцию, на которой обвинила руководство Гостелерадио Узбекистана в коррупции, вымогательстве и цензуре.

Власти не отреагировали на эти обвинения, зато на работе на обеих женщин было оказано серьезное давление. В знак протеста Эшанкулова и Омонова 6-го декабря вышли на пикет на главную площадь страны - площадь «Мустакиллик» («Независимости») в Ташкенте. В отличие от правозащитников, проводивших в то же время пикет в другом конце площади, милиция журналисток не задержала. Однако с Гостелерадио их через три дня уволили.

Женщины стали добиваться справедливости, обращаясь в разные государственные инстанции. Убедившись в безрезультатности этих попыток, летом 2011 года они вышли еще на один пикет. В этот раз их задержали и оштрафовали на крупные суммы. В ответ Эшанкулова и Омонова объявили голодовку.

Этот шаг тоже ни к каким изменениям в Гостелерадио не привел, зато изменил судьбу самой Малохат Эшанкуловой - лидер оппозиционного движения «Бирдамлик» («Единение») Баходыр Чориев, ранее эмигрировавший в США, предложил ей стать руководителем его организации в Узбекистане.

Руководитель «белого» движения

Движение «Бирдамлик» практиковало мирные способы борьбы с властью, призывая жителей Узбекистана в знак протеста против режима ходить в белых одеждах и выпускать в небо белые воздушные шарики. До шариков, правда, дело не дошло, но ежегодно в канун 1 сентября и 8 декабря – Дня Независимости и Дня Конституции - проводились «десятидневки протеста», во время которых участники этих акций надевали какие-то предметы одежды белого цвета. А потом отправляли свои фото на конкурс, где можно было получить солидные денежные призы.

Придумывал и финансировал такие мероприятия Баходыр Чориев, а проводила их Малохат Эшанкулова, которая заодно заседала в жюри фотоконкурса, а затем в торжественной обстановке вручала призы победителям.

С одной стороны деятельность «Бирдамлика» была совершенно безобидной, и у многих не вызывала никаких чувств, кроме иронии. С другой Баходыр Чориев не скрывал, что акции его движения направлены на продвижение в Узбекистане идеи «цветной революции», что не могло вызвать пристального внимания со стороны спецслужб. И в первую очередь в центре этого внимания оказалась журналистка Эшанкулова, которая ко всему прочему еще и регулярно описывала «белые» акции на сайте «Бирдамлика».

Малохат неоднократно задерживали, подвергали разорительным штрафам. Пытались «прессовать» и через родственников. Например, предупредили, что если она не прекратит свою деятельность, то у ее племянника, работавшего судьей в Навоийской области, будут проблемы. Эшанкулова не согласилась, и племянника, поймав в 2012 году на взятке, посадили на 8 лет.

Сложно сказать, были ли связаны эти события напрямую, но его осуждение имело для нее и другие печальные последствия. Еще 18 лет назад Малохат купила в Ташкенте квартиру, в которой живет со своей семьей. Но из-за отсутствия ташкентской прописки (она прописана у дальних родственников в поселке Зангиата под Ташкентом) журналистка была вынуждена оформить её на племянника. Теперь же оформление квартиры на свое имя и получение столичной прописки стало для неё почти невозможным.

А 3 июля 2013 года в городе Карши в Кашкадарьинской области Малохат подверглась нападению местного отряда «баб особого назначения». В Кашкадарью Эшанкулова приехала, чтобы сфотографировать родственников Чориева, собиравшихся выйти на пикет к зданию облпрокуратуры, протестуя против ареста главы семьи – 70-летнего Хасана Чориева. «Бабы особого назначения» тогда били всех, но особенно досталось Эшанкуловой и Урлаевой. Прежде чем попасть в суд, который оштрафовал каждую из них на сумму, эквивалентную нескольким тысячам долларов, они несколько дней провели в местной больнице.

Ночная поездка на кладбище

Своего апогея давление со стороны властей достигло 8-го декабря 2013 года, когда после завершения очередной «белой» акции «Бирдамлика» семнадцать ее участников собрались на Алайском базаре в Ташкенте. Как рассказывает Эшанкулова, они хотели лишь сфотографироваться, а потом пообедать в кафе, отметив таким образом День Конституции. Но участников задержали сотрудники оперпункта милиции, находящегося на рынке. Всех отпустили через несколько часов, кроме Эшанкуловой, которую продержали до позднего вечера.

Малохат вспоминает, что обращались с ней довольно вежливо, даже напоили чаем. А с наступлением темноты любезно предложили отвезти домой. Но привезли не домой, а на кладбище на окраине города. И там бросили, пообещав, что, если Эшанкулова не прекратит свою деятельность, то на этом кладбище и останется.

По словам журналистки, местность была ей незнакома, и она долго в кромешной тьме шла пешком вдоль кладбищенской ограды, пока не увидела свет жилых домов. После этого инцидента у нее резко ухудшилось здоровье - появилась слабость, она стала быстро терять в весе. В результате у нее зародилась мысль: не была ли в чайнике, предложенном ей милиционерами, какая-то отрава?..

Подозрения по поводу умышленного отравления усилились в марте 2014 года, когда Эшанкулова со своей старшей дочерью Зарнигор попили чаю с сахаром в неформальном офисе «Бирдамлика», располагавшемся на ташкентском массиве Алгоритм. У обеих сразу ухудшилось самочувствие - Зарнигор рвало, повысилась температура. А у Малохат слабость дошла до такой степени, что она почти потеряла возможность самостоятельно передвигаться. И без того худощавая журналистка похудела на двадцать килограммов, она не могла ничего есть - пища тут же шла назад.

Эшанкулова предположила, что за этим стоят узбекские власти, решившие, таким образом, радикально покончить с «белыми» акциями. Подобрать ключ к офису и подсыпать что-либо в сахарницу, было несложно. Женщина настолько уверилась в этой мысли, что принципиально отказалась обращаться за помощью в медицинские учреждения Узбекистана.

Вместо этого она попросила посольства США, Германии, Франции и Великобритании оказать ей содействие в независимом медицинском обследовании, которое помогло бы ей установить точную причину ее заболевания. Однако дипломатические миссии не отреагировали на просьбу Эшанкуловой.

Загадочная болезнь

Обращение к посольствам ведущим странам Запада не всем показалось скромным. Но надо помнить, что Эшанкулова в то время являлась ЕДИНСТВЕННЫМ руководителем политической организации, проводившей на территории Узбекистана хоть и мирную, но активную деятельность демократической направленности.

В посольствах западных государств всегда приветствовали мирные методы борьбы за демократию, восхищались смелостью Эшанкуловой и неизменно приглашали ее на все праздничные мероприятия. И Малохат посчитала, что может попросить у своих доброжелателей реальной помощи. Тем более что просила она немного – помочь ей обследоваться в находящейся в Ташкенте клинике дипломатического корпуса. Причем, была готова за это заплатить.

После того, как посольства проигнорировали ее просьбу, Малохат принципиально не стала обращаться к официальной медицине Узбекистана. Родственники увезли ее в Самарканд, где ей занялись табибы - народные целители.

Установить причину заболевания они, правда, не смогли, разве что единодушно признали анемию, а также тяжелое поражение печени. Но на ноги Малохат месяца через три поставили. По крайней мере, летом 2014-го она смогла в сопровождении дочери на несколько дней приехать в Ташкент.

Поводом для поездки послужила статья на одном из сайтов, где некая медработница «раскрыла» врачебную тайну, сообщив, что в семье Эшанкуловой наследственная эндокринологическая болезнь, в результате которой все умирают от рака. Возмущенная Малохат под чужой фамилией сдала анализы в соответствующих клиниках. Там не обнаружили у нее ни онкологического, ни эндокринологического заболевания. А в Институте онкологии удивились результатам обследования крови - очень низкое содержание гемоглобина и одновременно высокое присутствие железа. Но определить ее заболевание официальная медицина тоже не смогла.

В итоге отчаявшаяся журналистка взялась за самолечение, сочетая травные сборы табибов с капельницами для повышения уровня гемоглобина. Ей становилось то лучше, то хуже, но особого прогресса в улучшении состояния не было.

Ухудшение состояния

25 апреля этого года у нее наступило обострение - дома в Ташкенте Эшанкулова от слабости потеряла сознание, и перепуганные дочери вызвали «скорую помощь». Медики почему-то привезли Малохат в гинекологическую клинику, где у нее выявили очень низкое содержание гемоглобина. С помощью капельниц гемоглобин ей повысили, и даже не отказывались лечить Эшанкулову дальше.

Так выглядела Малохат Эшанкулова всего полтора месяца назад

Так выглядела Малохат Эшанкулова всего полтора месяца назад

Но у журналистки не было никаких гинекологических заболеваний, клиника не соответствовала профилю ее болезни, хотя другие столичные больницы принимать женщину с Зангиатинской пропиской вообще отказывались. В итоге через четыре дня Малохат, написав расписку врачам гинекологической клиники о добровольном отказе от дальнейшей госпитализации, отправилась домой - продолжать заниматься самолечением.

В этот раз она сделала ставку исключительно на медикаментозные препараты. Но желаемого эффекта они не принесли. Наоборот, женщине становилось все хуже. У нее стали выпадать волосы, пропал аппетит, на фоне резкой худобы отнялась до локтя правая рука, а также кисть левой.

«13 августа Малохат сказала мне, что умирает, и пригласила к себе домой, чтобы попрощаться, - рассказывает Елена Урлаева. - Последний раз мы встречались с ней в начале июля - тогда она выглядела очень худой, изнеможенной, быстро уставала. Однако то, что я увидела 13 августа, привело меня в ужас: так выглядят только жертвы концлагеря. В итоге я и другие правозащитники тут же вызвали «скорую помощь» и потребовали от приехавших врачей немедленно отвезти её в больницу».

По словам Урлаевой, «скорая» повезла журналистку сначала в Центр экстренной медицинской помощи, потом в Институт гематологии. Но везде Эшанкулову принимать отказывались. Взяли только в гематологическом отделении на территории Нового ТашМИ.

«Меня тогда в палату не положили, сказали, что врачи, которые это решают, уже ушли домой, - говорит Малохат. - Поместили на ночь в тесную комнатку с двумя койками, на одной из которых уже лежал какой-то мужчина. А утром сказали, что могут положить в палату только на платной основе - 800 тысяч сумов (примерно $160) за 10 дней лечения, плюс сто тысяч ($20) каждый день за питание. Да еще лекарства надо покупать на свои деньги. С финансами у меня тогда было плохо, в успешное лечение в этой больнице я не верила. Поэтому решила ехать домой - умирать в родных стенах».

Елена Урлаева подняла по этому поводу большой шум - несколько дней подряд выходила на пикеты, требуя оказать Эшанкуловой срочную бесплатную медицинскую помощь, как и положено по закону. В потасовках с милицией ей даже повредили ногу. Перелома не было, но образовавшаяся отечность потребовала наложения гипса. Однако Елена продолжала выходить на пикеты и с загипсованной ногой.

Чудесное выздоровление

Пикеты принесли пользу. По словам Малохат, к ней пришла врач районной семейной поликлиники. Осмотрела её и попросила, чтобы на следующий день она послала одну из дочек к главврачу поликлиники, который выпишет ордер в больницу. Пошла младшая дочка - Зархала. В первый день она встретилась с главврачом, и тот попросил ее принести анализы матери. На второй день главврач оказался на совещании. На третий день Зархале найти его тоже не удалось.

«Я поняла, что толку из дальнейших визитов в поликлинику не будет, - говорит Малохат. - Но мне повезло – знакомые порекомендовали мне хорошего народного целителя, практикующего в Ташкенте. Тот дал мне 20 лекарственных трав, сказал в каком порядке пить отвары из них. А для рук дал специальную мазь, тоже на травах».

Буквально за месяц лечение сотворило чудо. У Эшанкуловой появился аппетит, она заметно поправилась, онемение рук почти прошло.

«Табиб сказал: тебе надо больше двигаться, не буду ходить - погибну, - рассказывает Малохат. - Целитель имел в виду прогулки по городу и занятия физкультурой. Но я решила проблему по-другому: в конце сентября вместе с Еленой мы отправилась на хлопковые поля, чтобы заняться мониторингом принудительного труда. Здесь и движение, и занятие любимым делом - журналистскими расследованиями».

Эшанкулова боится сглазить, поэтому не называет имя табиба, поднявшего ее на ноги. Ведь ей еще долго предстоит пить его травяные настои. Малохат пока сильно устает, но в целом ей уже гораздо лучше. Как считает эта отчаянная женщина, в первую очередь ей помог сам Бог. Остается выразить надежду, что состояние ее здоровья и дальше будет улучшаться, а также пожелать успеха в её журналистских расследованиях.


Соб. инф.