Архив новостей

Узбекский политический узник Хумоюн Рахмонов: трагедия продолжается

Четверг, 20 Декабря 2018

Несмотря на то, что при президенте Шавкате Мирзиёеве многие политические узники были освобождены, 34-летний активист и правозащитник Хумоюн Рахмонов, инвалид по зрению с детства, всё еще остается в заключении в результате сфабрикованного против него дела. Хумоюн – житель Бухарской области, по образованию юрист, готовился к адвокатской практике; с 2005 года занимался защитой прав студентов, а с 2008-го - фермеров.

Наверняка все слышали о значительном количестве самоубийств среди фермеров Узбекистана. Это вызвано их полным бесправием: представители администраций, большие и малые начальники, ведут себя с ними как феодалы с крепостными крестьянами. Хумоюн Рахмонов помогал им отстаивать свои права и интересы. Однако после письма, адресованного покойному президенту Исламу Каримову с просьбой обратить внимание на положение фермеров в Джизакской области, против молодого парня и его друзей-юристов, которые вместе с ним занимались защитой прав фермеров, сфабриковали уголовное дело по ряду политических статей Уголовного Кодекса (в основном, «экстремистских»). Это произошло в августе 2010 года.

Хумоюна и его друзей в нарушение законодательства Узбекистана арестовали без постановления суда и без предъявления какого-либо обвинения. Его самого шесть месяцев продержали в подвале Бухарского отделения СНБ и три месяца в СИЗО Бухары, без официального обвинения и без адвокатской поддержки. Адвокат у него появился только после того как СНБ закончила работу по фабрикации дела и «рассекретила» его местонахождение. В деле было огромное количество разных процессуальных нарушений. Однако даже под пытками Хумоюн не признал своей вины (он был обвинен по самым «тяжелым» статьям - 159-й (Посягательства на конституционный строй Республики Узбекистан) и 244-й (Массовые беспорядки) УК РУз). Адвокат попросил освободить их прямо из зала суда, за это вскоре и сам он оказался осужден на 3 года.

Шесть лет молодой человек отсидел по первому сфабрикованному делу, и всё это время администрация колонии требовала от него признать свою вину и покаяться. Юристы, осужденные вместе с ним, давно уже написали «признания в совершенных ошибках» и были отпущены на свободу.

Но Хумоюн Рахмонов до сих пор отказывается признавать себя виновным в преступлении, которого не совершал, и просить о помиловании. «Мой прадед был расстрелян НКВД, мои деды сидели в тюрьмах СССР. Признание в сфабрикованном деле – предательство их памяти», - считает он.

По окончании его первого срока, в колонии ему добавили второй, это обычная практика, применяемая по отношению политическим узникам.

Хумоюн имеет инвалидность по зрению с детства – 16 диоптрий, тяжелая глаукома, он перенес несколько операций на сетчатке глаз. Однако, чтобы он не мог выйти на волю по амнистии, в колонии ему изменили 2-ю группу инвалидности на 3-ю. Сейчас зрение достигло критического уровня – минус 18 диоптрий. Один глаз у него перестал видеть, второй видит лишь на 30 процентов. В тюрьме нет возможности оказания полноценной медицинской помощи, и пребывание там – настоящая пытка для слабовидящего человека.


Соб. инф.