Архив новостей

Специалисты по делу о гибели трех сестер в Ташкенте обещают провести повторную «всестороннюю экспертизу»

Понедельник, 30 Апреля 2018

В эти дни в Алмазарском районном суде по уголовным делам Ташкента рассматривается дело о лицах, виновных в скоропостижной гибели трех малолетних сестер из одной семьи, сообщает узбекcкоязычный сайт Kun.uz.

Эта громкая история с внезапной смертью детей от отравления в течение практически одного дня потрясла всю республику. В ней долго разбирались соответствующие органы, включая прокуратуру и экспертов. Но выводы, сделанные специалистами-судмедэкспертами, судя по отзывам в интернете, прозвучали неубедительно – даже для далеких от медицины людей в этом деле оказалось слишком много нестыковок. Согласно последней версии о причинах гибели девочек, обнародованной прокуратурой в ходе расследования, «дети отравились препаратом для снижения артериального давления, находившимся в домашней аптечке». Тем не менее, судя по всему, не всё в этом трагическом инциденте так просто.

Врачи-вредители

По данным издания, с высокой вероятностью можно утверждать, что на скамье подсудимых окажутся два врача, возможно, их будет больше.

Подсудимую Гульчехру Адылову, врача семейной поликлиники № 21 Алмазарского района, обвиняют в ненадлежащем осмотре больных сестер Касымовых. Несмотря на тяжелейшее состояние детей (их постоянно рвало, была температура, боли в животе), терапевт отнеслась к своим обязанностям халатно. Вместо того, чтобы проконсультироваться с другими специалистами, провести доскональное обследование или срочно вызвать «скорую», она, не имея на руках даже данных анализов, сделала вывод, что состояние маленьких пациенток объясняется «нарушением функций желудочно-кишечного тракта», и выписала им лекарственные препараты («Смекта», «Церукал», «Имудон», «Креон»), после чего отправила их вместе с матерью домой.

Второй обвиняемый – врач приемной Института педиатрии (Республиканского специализированного научно-практического медицинского центр апедиатрии) Нодир Туляганов, который направил самую младшую из троих, 4-летнюю Мохиру Касымову, в реанимацию, но ребенок, как сказала ее бабушка корреспонденту нашего издания, умер на руках отца, не успев даже получить необходимой медицинской помощи. Ведь он не мог не видеть, что остальные две сестры тоже находятся в крайне тяжелом состоянии (высокая температура, тахикардия, синеющие губы), но, тем не менее, поставив предварительный диагноз «пищевая токсикоинфекция», ограничился тем, что назначил детям внутримышечные инъекции «Дексаметазона-4».

Профессионально оценив крайнюю степень опасности состояния пациенток (дети угасали на глазах), как врач-педиатр, он просто обязан был экстренно принять все меры для их спасения на месте: срочно госпитализировать в реанимацию, измерить все гемодинамические показатели в составе консилиума узких специалистов (инфекционист, токсиколог, реаниматолог и др.), провести объективный осмотр и меддиагностику, чтобы получить правильное заключение и диагноз. Но ничего этого сделано не было – теряя драгоценное время, девочек отправили в Центр эпидемиологии, микробиологии и инфекционных заболеваний (ЦЭМиИЗ), что в соседнем Учтепинском районе.

Другой момент – преступная халатность и бездействие медперсонала ЦЭМиИЗ. По рассказам родных погибших девочек, здесь тоже был потерян не один час в поисках необходимых лекарственных препаратов, к тому же, в клинике на тот момент не оказалось и нужного врача-инфекциониста, за которым пришлось срочно отправляться к месту его жительства родителям заболевших детей.

Череда несовпадений

Со ссылкой на родственников девочек, Kun.uz также отмечает из рук вон плохо поставленную работу медиков ЦЭМиИЗ. К примеру, как указывается в сигнальном листе кареты «Скорой помощи», девочки в критическом состоянии были доставлены в эту клинику в 22.30, однако истории болезни Мунисы и Мухлисы Касымовых были открыты врачом А. Мустафакуловой только к 22.55.

Вместе с тем, время между поступлением детей в ЦЭМиИЗи их смертью составляет непростительно долгие 3-5 часов. Где были лечащие врачи всё это время, какую экстренную помощь оказывали? Почему не были привлечены к процессу приёма и осмотра другие, более квалифицированные специалисты?

Оставляют много вопросов и экспертные заключения судмедспециалистов, судя по которым, смерть девочек наступила от острого отравления «Эналаприлом» (лекарственный препарат для снижения артериального давления).

Меж тем, данные судмедисследований, как выяснилось в ходе расследования, откровенно противоречат друг другу, что доказывает поверхностное изучение обстоятельств дела. В частности, вызывает сомнения утверждение экспертов о последствиях приема «Эналаприла». То есть, если учесть, что максимальная концентрация лекарственного средства в организме начинает проявляться через час после его приема, а через 3-4 часа наступает момент острого отравления, вывод экспертов о том, что девочки принимали «Эналаприл» 8 ноября 2017 года до 10.00, до их похода в семейную поликлинику, явно не соответствует действительности (налицо значительный разрыв между временем приема препарата и временем смерти детей).

Согласно заключению повторной судмедэкспертной комиссии (№101 от 25 декабря 2017 года), состояние пациенток на одно и то же время их доставки в ЦЭМиИЗ разными специалистами оценивалось по-разному. К примеру, дежурный врач и анестезиолог-реаниматолог данной клиники отметили его как «терминальное» (процесс умирания организма, переход от жизни к смерти, но при экстренных и профессионально принятых врачебных мерах человека еще можно спасти). А согласно доводам родителей и свидетелей, оно было критическим (без особого труда может быть подвергнуто коррекции) – дети были в ясном сознании, своими ногами переступили порог медучреждения.

Эксперт попросил снова провести экспертизу

Шокируют признания так называемых профи, занимавшихся вопросами экспертизы. «В частности, при допросе в качестве свидетелей эксперта отдела повторных и комиссиальных экспертиз Главного бюро судмедэкспертизы (ГБСМЭ) республики У. М. Мусаева и заведующей кафедрой детской анестезиологии, реанимации и интенсивной терапии ташкентского Института повышения квалификации врачей И. А. Сатвалдиевой, выдавших коллегиальное экспертное заключение за № 68 от 20 ноября 2017 года, те откровенно признались, что «не были знакомы во время проведения основной комиссиальной судмедэкспертизы с материалами уголовного дела и не располагали сведениями по фактам, выявленным следствием». «Будь иначе, возможно, мы бы дали другое заключение», - цитирует издание показания экспертов.

Еще факты. При поступлении в приемное отделение ЦЭМиИЗ девочкам был поставлен единый диагноз – «пищевая токсикоинфекция и отравление веществом неизвестной этиологии». В эпикризе после кончины 7-летней Мунисы Касымовой, сделанном рукой врача-реаниматолога клиники Х.Гиясова, первопричиной летального исхода значится «пищевая токсикоинфекция, осложнение - инфекционно-токсический шок».

Забавно, что в своем заключении эксперты, отвергнув диагноз («пищевая токсикоинфекция»), поставленный врачом Института педиатрии Н. Тулягановым, в то же время взяли за основу точно такой же диагноз, поставленный врачом Х. Гиясовым.

Адвокаты пострадавшей семьи Л. Петриченко и У. Мирзаев настаивают на назначении повторной судмедэкспертизы.

Но главная интрига этого процесса, пожалуй, в том, что 25 апреля сам руководитель Главного бюро СМЭ А. И. Искандаров обратился к суду с просьбой поменять состав экспертов. Уже на следующий день специальным постановлением суда его просьба была удовлетворена. На судебном заседании Искандаров клятвенно заверил присутствующих, что он готов ответить своими репутацией и совестью за проведение полноценной и достоверной экспертизы. Что мешало сделать это раньше, не уточняется.


Соб. инф.