Строительный бизнес в Узбекистане: вымогательство со стороны власти, взятки и дома-курятники

Вторник, 07 Мая 2019

Скандал, вызванный неожиданными разоблачениями одного из инвесторов в области строительства, у которого премьер-министр вдруг велел снести недостроенный дом, после чего пострадавший начал рассказывать о вымогательстве и связи властей с крупными застройщиками, показал, что без взяток, без обязательной уплаты «дани» в виде обеспечения потребностей силовиков и без разного рода нарушений закона в это сфере далеко не уедешь. Кроме того стало известно, что в законодательстве существует дыра, позволяющая предпринимателям строить и продавать низкокачественное жильё, как в классических странах третьего мира, не неся за это никакой ответственности. А «на закуску» выяснилось, что компании хокима Ташкента приобретали для малоимущих именно это низкокачественное жильё.

Две трагедии, семь смертей

О существовании 28-летнего инвестора Мухаммадбобура Ходжаева общественность узнала в конце 2018 года, после двух резонансных случаев: в недавно построенных в Ташкенте домах погибли люди. 31 октября в в Чиланзарском районе из-за отравления угарным газом скончались четверо детей из семьи Акбаровых. А уже на следующий день, 1-го ноября, в Юнусабадском районе в новом доме угорели трое рабочих.

Тот самый дом в Юнусабадском районе, где погибли рабочие. Фото ГУВД Ташкента. 

Тот самый дом в Юнусабадском районе, где погибли рабочие. Фото ГУВД Ташкента. 

Впоследствии, ГУВД сообщило, что в Юнусабадском районе застройщик – ООО «Куюн», поскупившись на материалах, изготовил дымоход из пластиковых труб сантехнического предназначения. Трубы «потеряли целостность», что привело к заполнению угарным газом жилых помещений и, как следствие, отравлению граждан. После осмотра места происшествия в ходе доследственной проверки стали изучаться и другие жилые строения в Юнусабадском и Мирзо-Улугбекском районах, где застройщиками выступали индивидуальный предприниматель Равшан Закиров и ООО «Куюн» (директор – Азиз Закиров). В Мирзо-Улугбекском районе братья Закировы построили 19 многоэтажных домов, где в общей сложности было 833 квартиры. И там уже жили люди, во многих семьях по двое-трое детей. Во всех этих домах вместо стандартных термостойких безопасных отводов использовались пластмассовые трубы, которые даже при кратковременном использовании, под воздействием высокой температуры, начинали плавиться. По решению хокима представители хокимията, МЧС и УПБ (Управления пожарной безопасности – ред.) в срочном порядке приступили к замене пластиковых труб, иногда разбирая стены, говорилось в тексте.

Ходжаев является деловым партером братьев-застройщиков и финансировал строительство то ли некоторых из этих домов, то ли всех (в сообщении ГУВД не уточняется). Был ли какой-то суд по поводу смерти рабочих или инвестору и застройщикам удалось доказать свою непричастность к случившемуся, неизвестно.

Неясна и ситуация с угоревшими детьми. ГУВД заявило, что вины предпринимателей здесь нет: «Этот случай, хоть и связан с отравлением угарным газом, но никакого отношения к Б. Ходжаеву и застройщикам Р. и А. Закировым не имеет. Журналисты выяснить это почему-то не удосужились».

Пластиковые дымоходы, из-за которых погибли люди. Фото ГУВД Ташкента

Пластиковые дымоходы, из-за которых погибли люди. Фото ГУВД Ташкента

Однако в разговоре с корреспондентом радио «Озодлик» Мухаммадбобур Ходжаев, вопреки заявлению ГУВД, не отрицал, что ими строился и дом в Чиланзарском районе, где погибли дети: «В смерти этих детей нет никакой вины наших строителей. У меня имеется акт. Квартиру владелец получил 11 июля этого года. Купивший ее человек спустя некоторое время поменял отопительные трубы в своей квартире». Инженер строительной компании «Unique arh project» рассказал «Озодлику», что владелец квартиры, где жили погибшие дети, наняв рабочих, решил сменить систему отопления, без разрешения райгаза он заменил трубы над установленным газовым котлом, и спрятал вытяжку; впоследствии прокуратура провела проверку и составила акт.

Через несколько дней после этих двух трагедий, 4 ноября, премьер-министр Узбекистана Абдулла Арипов, в сопровождении хокима Ташкента Джахонгира Артыкходжаева и других чиновников, побывал на открытии нового здания милиции в Мирзо-Улугбекском районе столицы, а затем осмотрел расположенную неподалеку недостроенную трехэтажную новостройку, возводящуюся на деньги Мухаммадбабура Ходжаева и тут же велел её снести. Радио «Озодлик» привело слова одного из сотрудников ташкентского хокимията, заявившего, что премьер-министр, узнав, что дом, в котором отравились люди, построен компанией Unique arh project на средства Ходжаева, пришел в ярость и приказал разрушить новостройку того же инвестора, а затем проверить все возведенные им и [строительным] подрядчиком дома.

Снесенный дом на массиве Карасу. Фото ГУВД Ташкента

Снесенный дом на массиве Карасу. Фото ГУВД Ташкента

28 марта межрайонный суд по гражданским делам Мирзо-Улугбекского района Ташкента приступил к рассмотрению дела о сносе двух новостроек, будто бы возведенных с нарушением градостроительных норм. А 29 марта в Ташкентском городском суде по гражданским делам начались другие слушания - о сносе ещё двух зданий. Из перечисленных четырех строений трое – жилые дома, которые были сданы в эксплуатацию в 2017-2018 годах, а строились специально для малообеспеченных семей, в них уже проживает порядка 600 человек. Мухаммадбобур Ходжаев вложил в эти проекты средства в качестве частного инвестора.

После безуспешных попыток решить проблему правовыми методами (к сожалению, суд, назначаемый исполнительной властью, всегда на ее стороне) предприниматель обратился к СМИ. По его словам, несчастный случай стал только поводом, чтобы выдавить его из этой сферы деятельности.

Ходжаев рассказал, что всевозможные препятствия хокимият района начал чинить еще с июня 2018 года. «Люди, представлявшиеся посредниками хокима Мирзо-Улугбекского района Шавката Иргашева, взамен нашего спокойного существования требовали, чтобы мы безвозмездно построили здание для отделения милиции на улице Авайхона».

Когда же предприниматели отказались от этого, хокимият подал иск на фирму, обвиняя ее владельцев в незаконной застройке и самовольном захвате земельных участков. «Несмотря на то, что все наши работы осуществлялись в установленном законодательством порядке, мы были вынуждены принять условия хокима. И только после того, как здание милиции было сдано в эксплуатацию, исковые производства в суде были прекращены - даже без рассмотрения», - сказал Ходжаев.

Однако на этом история не закончилась. По его утверждению, посредники районного хокима начали требовать оформления построенного здания на подставных лиц. Инвестор и застройщик отказались и попросили возместить потраченные ими на строительство 1,2 миллиарда сумов (около 150 тысяч долларов). 4 ноября 2018 года состоялось торжественное открытие отделения милиции.

«После мероприятия Иргашев предложил высоким гостям (премьер-министру и хокиму Ташкента – ред.) посетить другие наши объекты, в частности, недостроенное здание за №106 на улице Риштон. Прямо во время визита, к нашему большому удивлению, премьер-министр даёт указание Артыкходжаеву снести здание», - вспоминает Ходжаев. И вскоре оно было снесено, а деловые партнеры стали подсчитывать убытки, в валютном эквиваленте превысившие миллион долларов.

Мухаммадбабур Ходжаев. Скриншот из видеообращения. Газета.uz

Мухаммадбабур Ходжаев. Скриншот из видеообращения. Газета.uz

«По этому факту [о незаконном сносе] возбуждено уголовное дело, - рассказывал Мухаммадбобур Ходжаев. - Однако следствие ведется до сих пор, и вместо того, чтобы помочь нам возместить ущерб, правоохранительные органы инициируют одну проверку наших объектов за другой».

«У меня имеются десятки разрешительных документов на строительство дома. Однако дом снесли без решения суда, на основании одного лишь устного приказа премьер-министра. Кроме того, они приказали подрядчикам, которые строили дома на мои деньги, снести все объекты и выплатить компенсации владельцам квартир», - сообщил инвестор радио Озодлик. Он уточнил, что этот трехэтажный дом предназначался для малоимущих, и добавил, что при его строительстве ему пришлось давать взятки, и он был вынужден отдать пять квартир сотрудникам милиции.

Давление на них, по его словам, оказывала не только районная, но и городская администрация. 20 июля прошлого года Джахонгир Артыкходжаев отменил решение своего предшественника десятилетней давности о выделении фирме земельного участка под строительство торгово-бытового комплекса на массиве Юнусабад. Несмотря на то, что за это время в проект было вложено свыше 450 миллионов сумов и оплачено 130 миллионов сумов (приблизительно $50-200 тысяч – ред.) в качестве земельного налога, бизнесмены так и не нашли поддержки в суде. «Судья ничего не слушал и даже открыто заявил, что городской хоким дал указание не удовлетворять наш иск», - рассказал Ходжаев.

Понимая, что предотвратить снос домов с помощью подконтрольной властям судебной системы не получится, инвестор обратился к журналистам, доказывая, что всё дело исключительно в недобросовестной конкуренции. «Я строю самые дешевые дома в Ташкенте. Discover Invest, Murad Buildings предлагают коробку трехкомнатной квартиры за 150.000 долларов, а я продаю трёхкомнатную квартиру с ремонтом, готовую к вселению, за 30.000 долларов. На эти квартиры очень много клиентов. Но крупнейшие компании, связанные с нынешними властями, монополизировали рынок жилья и вытесняют прочих конкурентов», – говорил он.

Конфликт выходит на поверхность

5 апреля ГУВД опубликовало критический материал против Ходжаева и братьев Закировых, дополненный фотографиями новостроек на массиве Карасу, где между домами вместо положенного расстояния в 6 метров, были оставлены узкие проходы шириной в 3-4 метра.

В этот же день хокимият Ташкента организовал брифинг, посвященный «информационным выпадам» Мухаммадбабура Ходжаева. Журналистам показали видеоролик подготовленный пресс-службой горадминистрации. На нем видно, что несколько трехэтажных домов построены вплотную друг к другу. А новоселы жаловались на брак при строительстве, указывали на отсутствие в зданиях сейсмопояса, необходимого фундамента, несоблюдение противопожарных разрывов, отсутствие придомового пространства, и на то, что стены [на втором этаже] сделаны из гипсокартона. «Расстояние между домами три метра, а должно быть шесть. В случаи чего, пожарные машины не проедут», - сказала одна из жительниц. Однако последняя из записанных женщин явно подыгрывала заказчикам видео.

Одновременно пресс-служба хокимията на официальном сайте администрации разместила пресс-релиз, где говорилось, что Ходжаев развернул информационную войну, распространяя обвинения в адрес хокима Ташкента, премьер-министра Узбекистана, главы районного хокимията и других лиц в создании препятствий для его бизнеса. Причина этого в том, что его дома плохого качества и не принимаются ответственной комиссией, уведомляла пресс-служба, высказывая предположение о наличии «коррупционной составляющей в цепочке от процесса застройки до сдачи».

Действительно, то, что оказалось запечатлено на видео, - без преувеличений можно было бы назвать «турецкой застройкой». Такие кварталы не редкость в Стамбуле, - кроме прижимающихся друг к другу многоэтажных домов и дорог между ними, там ничего нет – ни придомовой территории, ни палисадников, судя по всему, для застройщиков главным было продать их, а там хоть трава не расти. Вплоть до последних лет в Ташкенте так не строили, и появление таких домов знаменует резкое снижение всех норм и стандартов.
Квартиры на массиве Карасу - вместо положенного противопожарного расстояния между домами в минимум 6 метров, здесь 3-4 метра, а то и меньше. Фото ГУВД Ташкента

Квартиры на массиве Карасу - вместо положенного противопожарного расстояния между домами в минимум 6 метров, здесь 3-4 метра, а то и меньше. Фото ГУВД Ташкента

В представленном видео был снят и застройщик Равшан Закиров, человек приблатненного вида, рассказавший, что по просьбе хокима за полцены отдал 46 квартир детдомовцам. «Если у нас плохие квартиры, почему они у нас их берут?» - высказал он вопрос. И добавил, что их попросили построить ГОМ (городское отделение милиции – ред.), а теперь хотят уничтожить [как участников строительного бизнеса].

Сам Мухаммадбабур Ходжаев, во время телефонного разговора с корреспондентом «Газеты.uz», заявил, что в видеоролике хокимията Ташкента были подставные люди. «Одна женщина работает в махаллинском комитете, в прошлый раз она также в заказном варианте проходила. Естественно, все мои строения не всем нравятся. Например, в одном доме живут 200 людей. Думаете, что из 200 людей все будут любить меня? Они [представители хокимията] именно их подбирают», - сказал он.

Ходжаев напомнил, что в 2018 году хокимият Ташкента выкупил у него 46 квартир для малоимущих семей в доме №54 на улице Авайхон. Отвечая на вопрос о качестве двухэтажных домов, показанных в видеоролике пресс-службой хокимията, предприниматель отметил, что «везде могут найти изъяны» (позже он заявит, что эти дома ему не принадлежат, отмечает Газета.uz). «Те дома, которые они обошли, я сдавал в эксплуатацию два года назад. И есть люди, которые бережно обходятся, есть кто обходится небережно», - сказал он, хотя речь шла о нарушении основополагающих строительных норм, например, об отсутствии обязательного сейсмопояса.

Застройщик Равшан Закиров заявил, что представленные в видеоролике дома к ним не относятся: «Двухэтажные «гипсокартонные» дома - не наши дома. Это лет пять назад один застройщик строил, мы просто ему помогали продать в качестве маклеров. Хозяин совсем другой, сам заказчик уже умер. Наши фамилии не фигурируют».

Вполне вероятно, что нарушения норм со стороны застройщиков имели место (если это не подтасовка и эти дома действительно были построены ими). Но ведь по этому поводу не проводилась никакая экспертиза, недостатки не выявлялись и не описывались. Зато налицо явно незаконный приказ об уничтожении чужого имущества. «Жилые дома, квартиры, находящиеся в частной собственности, не могут быть изъяты, собственник не может быть лишен права собственности на жилой дом, квартиру, кроме случаев, установленных законом. Принудительное изъятие жилого помещения допускается только на основании решения суда в случаях и порядке, предусмотренных законом», - гласит 11-я статья Жилищного кодекса РУз. Согласно Конституции, право собственности не может быть ограничено и никто не может быть лишен имущества иначе как по решению суда. Отдав указание о сносе премьер-министр, - чем бы он ни руководствовался, - преступил через закон.

А 7 апреля, по словам Ходжаева, в его адрес прозвучали угрозы. В интервью изданию Центр-1 он сообщил, что две черные тонированные машины без номеров, [Шевроле] Малибу и Мерседес-211, подрезали его автомобиль на ташкентском массиве Чиланзар, на участке, где нет камер видеонаблюдения. По его словам, из машин вышли пятеро мужчин, трое из которых – спортивного телосложения, и начали угрожать ему физической расправой. Они в грубой форме потребовали от него прекратить бороться за свой бизнес и больше не общаться со СМИ. В результате словесной перепалки завязалась потасовка, но один из них разнял дерущихся. Мухаммадбабур говорит, что этих людей никогда раньше не видел. «Они сказали, чтобы я молчал и не создавал себе лишних проблем. Иначе меня могут «закрыть» или я вовсе исчезну. Я их послал в такой же грубой форме и передал то же самое их хозяевам», – рассказал Ходжаев.

Приглашение на «переговоры»

Видимо, его многочисленные обращения в СМИ (инвестор рассказывал, что неоднократно пытался встретиться с руководством города, но у него это не получилось) сыграли свою роль, и хоким Джахонгир Артыкходжаев пригласил его на встречу.

Она прошла 27 апреля. Пришедшие в хокимият (администрацию) Ташкента инвестор Мухаммадбабур Ходжаев и застройщик Азиз Закиров ожидали разговора с градоначальником наедине и были удивлены числом собравшихся - помимо самого хокима их ожидали его заместители, сотрудники принадлежащих ему компаний Artel и Akfa, журналисты и другие люди. Артыкходжаев заметил, что предпринимателей должны были предупредить об этом, но в любом случае они должны были явиться подготовленными.

Комментируя спор застройщиков с хокимом, независимый эксперт Игорь Цой в публикации издания Podrobno.uz указал, что пришедшие явно ожидали встречи с градоначальником в рамках делового обсуждения, и не были предупреждены о публичных дебатах. Привлечение журналистского пула, а также работников компаний Artel и Akfa свидетельствует о том, что начальство готовило им публичное порицание. При этом 5 апреля в городском хокимияте был организован брифинг для прессы, на котором хоким Артыкходжаев выразил готовность обсудить возникшую проблему с инвестором «с глазу на глаз».

Беседа была записана и выложена в интернет, Газета.uz расшифровала запись и опубликовала подробный материал, ее текст далее мы и будем цитировать, сопровождая собственными комментариями и вышедшими в Podrobno.uz замечаниями эксперта Игоря Цоя.

Претензии предпринимателей

Джахонгир Артыкходжаев предложил сначала выступить предпринимателям, после чего он скажет свое слово.

Джахонгир Артыкходжаев

Джахонгир Артыкходжаев

Мухаммадбабур Ходжаев рассказал, что он построил городской отдел милиции (ГОМ) в Мирзо-Улугбекском районе, а потом у него по устному поручению премьер-министра Абдуллы Арипова снесли недостроенный трехэтажный дом для малоимущих. Он сказал, что люди покупали у них жильё, «потому что цены их устраивали, всё устроило». Но местные власти направили «большие силы» против него и его деятельности, возбудили судебные иски для сноса построенных им домов, а также начали «информационную войну».

На вопрос хокима, кто стоял за всем этим и оказывал давление, Ходжаев ответил, что обязательно передаст ему список имен, но пока он не готов это делать, поскольку пришел в хокимият «не для конфронтации, а чтобы достичь компромисса». (Обратите внимание, насколько лицемерен вопрос – как будто Артыкходжаев этого не знал.)

«У наших домов есть минусы, я не говорю, что у меня идеальные или шикарные дома… Квадратура может быть маленькая, кухня может быть маленькая… Некоторые дома построены узко, некоторые построены идеально, без каких-либо изъянов», - сказал инвестор. Говоря о претензиях к хокимияту, он попросил возместить ему ущерб в размере 1,35 миллиона долларов.

Хоким попросил описать структуру ущерба.

«Строительные материалы, зарплата сотрудников, расходы на строительство ГОМ, а также снос здания [на улице Риштан]».

Джахонгир Артыкходжаев указал, что изначально сумма [ущерба, по их словам] составляла 600 тысяч долларов. Азиз Закиров объяснил, что 600 тысяч долларов вложил Мухаммадбабур Ходжаев, еще 200 тысяч в качестве заклада взяты у компании Real House.

Хоким дважды перепросил о том, в какой валюте застройщики получили деньги [от покупателей] - в долларах или сумах. «В сумах», - уточнил Азиз Закиров.

«Да вы и велели-с»

После выступления инвестора и застройщика слово взял Джахонгир Артыкходжаев. «…Я всех не могу защищать. Я буду защищать честного предпринимателя, который платит налоги, соблюдает законодательство. Это политика нашего президента и моя задача», - отметил он. (Речь шла не о защите, а о прекращении давления и возмещении ущерба.)

Хоким спросил у  партнеров по бизнесу, кто заставил их построить городской отдел милиции в Мирзо-Улугбекском районе и с какой целью они сделали это.

По словам Мухаммадбабура Ходжаева, бывший глава ТЧСЖ Эльшан Азизов (по уточнению одного из комментаторов - бывший председатель Ассоциации ТЧСЖ Мирзо-Улугбекского района столицы, связанный с руководством райадминистрации, – ред.) обратился к Равшану Закирову от имени хокима того же района Шавкатбека Иргашева и потребовал у него построить ГОМ и благоустроить территорию, иначе будет подан судебный иск на снос жилья. «Мы сказали: дайте время на раздумье. Нам ответили, что времени нет. Пока мы вели разговор, к нам уже пришел иск на снос дома. Мы сказали, что построим ГОМ, это всё-таки для нашей махалли. После этого все иски исчезли, испарились. Я удивляюсь, как это фантастически работает», - рассказал он.

Инвестор признал, что никуда не обращался с жалобой, поскольку не доверяет судебно-правовой системе в Узбекистане.

Хоким отметил, что государство выплатит компенсацию за возведение ГОМ, если инвестор предоставит смету и договоры о строительных работах.

Стороны долгое время пытались определить, как был построен городской отдел милиции - под принуждением, в рамках спонсорства или в виде предпринимательской помощи районной администрации, чтобы достичь определенных целей. Предприниматели озвучали все три версии, но  Артыкходжаев несколько раз просил уточнить, что именно это было - спонсорство или предпринимательство.

«Предприниматель строит что-то, чтобы получить что-то взамен. Это предпринимательство. Спонсор помогает безвозмездно. Не нужно путать предпринимательство и спонсорство», - назидательно заметил градоначальник.

«Спонсорство не носит бескорыстного характера, - не соглашается с ним эксперт Игорь Цой. - Это денежные средства, товары или услуги, которые предоставляются для поддержки проектов, содействующих деятельности спонсора, рекламы определённых товаров, услуг, собственной деятельности либо самого себя. Безвозмездная помощь, оказанная тем, кто в ней нуждается, называется благотворительностью. На встрече в хокимияте инвестор и застройщик остановились на формулировке «предпринимательская помощь» в обмен на «мирную работу», то есть здесь речь идет о спонсорстве: денежные средства в обмен на возможность дальнейшего строительства».

Добавим: с точки зрения Уголовного кодекса это называется рэкетом, вымогательством, в особо крупном размере (статья 165, наказание по соответствующему пункту – заключение сроком от 10 до 15 лет).

Примечательно, что градоначальник не выразил ни малейшего желания заняться расследованием произошедшего. Ему говорят о вымогательстве, причем, выразившемся не только в строительстве здания милиции, но и в «налоге» в виде пяти бесплатных квартир для милиционеров, а он этого словно не слышит.

Затем хоким спросил, насколько они уверены, что именно Мирзо-Улугбекский хокимият снёс почти достроенный трехэтажный дом №106 на улице Риштан.

«Пришли [сотрудники] хокимията Мирзо-Улугбекского района, вы [Джахонгир Артыкходжаев] и премьер-министр [Абдулла Арипов]. Сами сказали снести. После этого произошел снос. При сносе присутствовал хоким Мирзо-Улугбекского района. Когда мы с ним общались, он сказал, что сносит по вашему поручению», - объяснил инвестор.

Хоким ответил, что «не приказывал никому сносить здание без судебного решения», призвал «доказательно обосновывать каждое обвинение» и заявил, что по остальному имуществу предпринимателя решения будут приниматься в рамках закона, сообщает Kun.uz.

Джахонгир Артыкходжаев задал наводящий вопрос: «Значит, я сказал снести дом без решения суда?», продолжает Газета.uz.

Мухаммадбабур Ходжаев сказал, что это так, и отметил, что в тот день был там и видел хокима. Застройщик Азиз Закиров внес ясность и уточнил, что хоким поручил снести внутреннюю часть объекта.

Артыкходжаев напомнил, что при строительстве были нарушены нормы пожарной безопасности, указав на несоответствие эскизного проекта и построенного дома. «Вы построили дом посередине, где не может проехать пожарная машина. Если там случится пожар, то люди сгорят. Я сказал снести часть здания. На строительство какого здания вы получили разрешение и что построили в итоге?» - спросил он.

Азиз Закиров ответил, что в ходе возведения объекта в проект вносились изменения. (Реплика о невозможности проезда пожарной машины была им оставлена без ответа.)

А Мухаммадбабур Ходжаев заявил, что не мог воспрепятствовать сносу дома под руководством хокима района, так как на эту территорию его не пускали сотрудники ГОМ.

Слова хокима о том, что он «сказал снести часть здания» являются признанием, полагает автор Podrobno.uz. «Значит, указание или приказ о сносе трехэтажного здания всё-таки были, а решения суда об этом не было. Осталось взыскать с должностного лица, которое дало указание снести дом, убытки, «причиненные физическим …лицам в результате вынесения незаконного административного акта государственного органа (должностного лица)» (пункт 2 указа президента от 1 августа 2018 года № УП-5495). Тем более что это предусмотрено и законом: «Государство гарантирует восстановление нарушенного права частной собственности и его судебную защиту. Ущерб, причиненный собственнику, подлежит возмещению в полном объеме причинившим его лицом в соответствии с законодательством» (статья 6 закона «О защите частной собственности и гарантиях прав собственников»).

Далее глава столичной администрации сам стал задавать вопросы Мухаммадбабуру Ходжаеву. Он спросил, является ли тот «истинным инвестором» и «принуждал ли его кто-нибудь к занятию этой деятельностью и выступать в СМИ с заявлениями».

«В 2016 году я познакомился с Равшаном Закировым и начал с ним деятельность. Я ему дал определенную сумму, и мы начали дальше вкладывать с оборота. Бизнес, инвестиции - это всё мои деньги», - ответил предприниматель.

Насчет «истинных инвесторов»: что-то градоначальник не слишком интересовался 19-летним немецким «владельцем» компании Hyper Partners GmbH, вложившейся в проект Ташкент-Сити (подробности в статье «Преступная схема». Open Democracy о градоначальнике Ташкента Джахонгире Артыкходжаеве»), да и всё его окружение во время январской пресс-конференции твердило, что для них неважно происхождение денег зарубежных инвесторов, главное, чтобы они просто поступали.

Отдельные правила

Хоким уточнил, готов ли Мухаммадбабур Ходжаев взять на себя все проблемы, связанные со строительством домов, и покрыть материальный ущерб (на приобретение новых квартир для проживающих там сегодня людей – ред.). Инвестор попросил перечислить проблемы. Градоначальник, не ответив на вопрос, спросил, может ли он поручиться за качество построенных зданий. Предприниматель признал, что в них есть некоторые изъяны.

Джахонгир Артыкходжаев предложил привлечь международных экспертов для строительно-технической экспертизы домов, оценки их соответствия стандартам безопасности. «Вы говорите о малой площади квартир в ваших домах, но есть другие нормы - пожарная безопасность, СЭС, землетрясения. Например, есть ли возможность для сотрудников скорой помощи подняться на третий этаж и спустить в машину беременную женщину или больного человека. Вы готовы к проверке и получению заключения?» - осведомился он.

Затем глава администрации Ташкента добавил, что предприниматели сами могут выбрать экспертов за счет хокимията. Если специалисты вынесут заключение о несоответствии зданий нормам, то они будут снесены, а ущерб жильцам покроют застройщик и инвестор. Последние сначала было согласились, но потом Ходжаев сказал, что хокимият намеренно пытается «навесить всё на мою шею». Он сказал, что после сноса дома без решения суда не намерен брать ответственность.

На переговорах в хокимияте

На переговорах в хокимияте

«Получается, что и без экспертизы чиновники определили, что построенные дома не соответствуют нормам, - комментирует Игорь Цой. - Как же так? Чиновники видимо забыли, что презумпция невиновности является общепризнанным правовым принципом: «Каждый обвиняемый в совершении преступления, считается невиновным, пока его виновность не будет установлена законным порядком, путем гласного судебного разбирательства, при котором ему обеспечиваются все возможности для защиты» (статья 26 Конституции). …Если у кого-то есть претензии к качеству строительства, если построенный жилой дом не отвечает градостроительным нормам, если есть угроза разрушения, пожалуйста, обращайтесь с иском в суд и уже в ходе судебного следствия пусть назначается независимая судебная строительно-техническая экспертиза. Не может мнение чиновника подменять решение суда».

Первый заместитель хокима Ташкента по вопросам архитектуры, капитального строительства и развития коммуникаций Даврон Хидоятов зачитал список нарушений, допущенных предпринимателями при строительстве многоэтажных домов, включая отсутствие разрешения от Инспекции государственного архитектурно-строительного надзора (ГАСН), плана размещения земельного участка на топографической карте, согласованного и утвержденного генерального плана проекта, рабочего проекта строительства дома, экспертизы и других.

Мухаммадбабур Ходжаев указал, что [принадлежащие ему дома] это индивидуальные строения - на строительство таких домов озвученные требования не распространяются.

«Действительно, согласно постановлению Кабинета Министров от 18 мая 2018 года № 370, для объектов индивидуального жилищного строительства не требуются архитектурно-планировочное задание, проектно-сметная документация и разрешение на производство строительно-монтажных работ», - подтверждает Podrobno.uz.

Обеспечение малоимущих

После того Джахонгир Артыкходжаев рассказал, как были куплены дома для малоимущих у застройщиков Азиза и Равшана Закировых - партнеров Мухаммадбабура Ходжаева. «Когда я стал хокимом, я посетил общежитие в Чиланзарском районе, где проживали более 100 сирот. Я увидел, что они действительно проживают в тяжелых условиях, и пообещал за 40 дней обеспечить их жильем. Однако на счету у хокимията практически не осталось средств. Было только 2 миллиарда сумов», - сказал он.

Для выполнения обещания хоким обратился к предпринимателям, в том числе в принадлежащие ему компании Akfa и Artel. «Они выразили готовность помочь. Мне принесли фотографии ваших домов, они мне показались красивыми на фото. Мне отметили их дешевизну. Я попросил решить эту проблему», - заявил Артыкходжаев.

«Почему [хоким] при первом взгляде не определил, что дома построены с нарушениями норм, или главное - выполнить обещание и желательно дешевле? – любопытствует автор Podrobno.uz. - А как быть с тем, что принудительное привлечение субъектов предпринимательства к благотворительности и иным мероприятиям является административным правонарушением и уголовным преступлением?».

Начальник отдела продаж Рамзиддин Кучкаров, участвовавший в покупке домов, подчеркнул, что они обратились к застройщикам не от имени хокима, а от имени компаний Artel и Akfa, чтобы оказать спонсорскую помощь. По его словам, компания за 4,8 миллиарда сумов ($600 тысяч) купила 37 квартир в домах на улице Авайхон и на улице Канот. При оформлении сделки вместо оплаченных 4,8 миллиарда сумов в документе была указана сумма 200 миллионов сумов ($25 тысяч). Кучкаров признал, что 4,8 миллиарда сумов обменяли на почти 500 тысяч долларов на рынке Чорсу [у скупщиков валюты]. «В договорах указывалась сумма 2, 3, 4 миллиона сумов ($250, $375, $500) в зависимости от размера квартиры», - сказал он.

«Здесь возникает еще больше вопросов, - отмечает Podrobno.uz. - Откуда у компаний Artel и Akfa такой объем наличных денежных средств (ведь менялы не работают по перечислению)? Сокрытие выручки, обналичивание или дивиденды? Как можно открыто признаваться в незаконном приобретении валютных ценностей (статья 177 Уголовного кодекса)?».

Действительно, по всей вероятности, это признание прозвучало, чтобы появилась возможность наказать инвестора за незаконные валютные операции; наверняка сам повинившийся сотрудник компаний хокима-предпринимателя отделается не более чем выговором.

Напомним, что обмен денег на «черном рынке» в Узбекистане считается преступлением, за которое можно получить до семи лет лишения свободы, расчеты в валюте тоже запрещены. И при Каримове, в 2013-м, в структуре ГНК даже готовили группы провокаторов, которые должны были ловить людей во время совершения таких сделок. Однако банки свободно валюту не продают (это прерогатива правящей верхушки – чтобы она могла закупать импорт и продавать его гражданам без всякой конкуренции), поэтому доллары или евро у уличных валютчиков покупают все, и при крупных сделках рассчитываются долларами, - так что можно любого изловить и объявить, что он преступник. Но может ли быть преступниками всё население страны? Очевидно, что всё наоборот.

Застройщик Азиз Закиров сообщил, что инициатива указать меньшую сумму в контракте исходила от покупателей.

Налоговый вопрос

Затем Джахонгир Артыкходжаев спросил у присутствующих: «Кто за последние три дня купил жилье?» В зале встал мужчина и, не представившись, рассказал, что купил трехкомнатную квартиру за 25 тысяч долларов, но в документе у него также указали сумму в 3 миллиона сумов ($375). (Такой покупатель в зале оказался, разумеется, чисто случайно.)

Хоким продолжил и сообщил, что инвестор продал около 720 квартир. Он поинтересовался, сколько госбюджет должен был получить в виде налогов.

Первый заместитель хокима Ташкента по вопросам экономики и предпринимательства Шерзод Хаджизадаев, со ссылкой на письмо предпринимателей, отметил, что под их руководством работали 600 человек, с которыми должны были быть заключены трудовые соглашения. «Чтобы работали 600 человек, должна быть зарегистрирована официальная компания. Мы это еще проверим. Если есть такая разница, то вы указываете 400 тысяч долларов как 100 миллионов сумов ($12500), даже если это частные дома, то в [налоговой] декларации должна выйти совсем другая сумма. У нас нет права вмешиваться в это, но, кажется, что вы должны были заплатить налоги в несколько миллиардов сумов (несколько сотен тысяч долларов – ред.)», - сказал он.

Градоначальник назвал предварительную сумму налогов – 22,5 миллиарда сумов ($2,8 миллиона) с продажи 720 домов. «Я защищаю предпринимателей, я люблю предпринимателей, но уважаю тех, кто платит налоги и любит законы. 22,5 миллиарда сумов не выплачены государству», - обратился он к инвестору.

Мухаммадбабур Ходжаев заметил, что хокимият собрал своих юристов и бухгалтеров, тогда как он пришел без своей команды и предложил отдельную встречу.

Юрист хокимията Алексей Хен привел еще один пример занижения реальной суммы сделки в договоре купли-продажи. Когда он запросил образцы документов для оформления покупки квартиры, по его словам, в одном из домов застройщиков, то там также была указана сумма в 3 миллиона сумов ($375-400), тогда как реальная стоимость жилья была оценена в 32 тысячи долларов. «Вы говорите, что вы предприниматели. Предприниматели должны платить налоги? Предприниматели должны оформляться в качестве юридического лица, чтобы легально работать на рынке недвижимости?» - поинтересовался он.

Ходжаев подчеркнул, что он работает в качестве частного инвестора и передает деньги в наличной форме своим партнерам.

Алексей Хен обратился к Уголовному кодексу и зачитал несколько статей: «Уклонение от уплаты налогов и других обязательств. Незаконная предпринимательская деятельность, незаконная деятельность по привлечению средств и иного имущества, в том числе с использованием всемирной сети интернет. Вы говорите в своем письме Акмалю Саидову (директору Национального центра по правам человека – ред.), что 600 человек потеряли работу. Как вы оформляли с ними договора, как вы их нанимали? Если это частный предприниматель, то он имеет право нанимать только троих работников».

Инвестор ответил, что трудовые договора составлялись «частным образом».

«Юрист [хокимията], такж, как и первые заместители хокима Ташкента, видимо не обратили внимания, что Мухаммадбабур Ходжаев выступал как частный застройщик, и он строил индивидуальный жилой дом, - возражает автор Podrobno.uz. - Неужели, если работники хокимията будут строить собственный частный дом, они будут регистрироваться как юридические лица? Физическое лицо строит индивидуальный жилой дом (оставим вопросы соответствия фактического строительства объекта плану - главный вопрос не в этом), и имеет право продать его по частям в виде долевой собственности. Строит ли физическое лицо дом по перечислению или за наличный расчет не важно. А для исчисления налога на доходы физических лиц при продаже жилых помещений при условии совершения сделок более одного раза в течение последовательного двенадцатимесячного периода существует Налоговый кодекс. И неужели во всех договорах купли-продажи квартир или домов покупатели и продавцы отражают реальную цену?»

Следует сказать, что занижение цены недвижимости на бумаге - общая практика на протяжении десятилетий, правда, в последние годы видна тенденция постепенного приближения цены, отраженной в документах, к реальной, однако наказывать за это одного человека, вместо того, чтобы жестко установить единые правила, - проявление избирательного, то есть, карательного правосудия.

Комментируя юриста хокимията, заявившего, что частный предприниматель имеет право нанимать только трех работников, Игорь Цой высказал такие вопросы: «А если это физическое лицо (имеется в виду рабочий, нанимаемый на один день – ред.)? В каком нормативно-правовом акте установлен лимит подёнщиков?».

«Спонсорская помощь»

Джахонгир Артыкходжаев, отвечая на вопрос о качестве домов, построенных застройщиками Азизом и Равшаном Закировыми, отметил, что большая их часть не соответствуют требованиям. «Если придет эксперт, то эти дома будут снесены», - предупредил он.

На встрече был поднят вопрос о том, могут ли компании Artel и Akfa действовать от имени хокима Ташкента. Артыкходжаев отметил, что компании могут оказывать спонсорскую помощь. В другие дела они не имеют права вмешиваться, подчеркнул он.

Сотрудников Artel и Akfa Рамзиддина Кучкарова и Боходира Хакимова спросили, почему они не сообщили о нарушениях [строительных норм] при покупке квартир у застройщиков.

«Нашей главной целью была спонсорская помощь и решение проблемы населения в короткие сроки. Мы не обращали большого внимания на документальную часть», - объяснили они. (Пусть своей бабушке это рассказывают. Понятно, что Артыкходжаев решил стать благотворителем за счет покупки малоимущим наиболее дешевого жилья.)

После полуторачасовой беседы стороны провели встречу наедине, но об ее итогах дополнительно ничего не сообщили, завершает свой репортаж Газета.uz.

Вторая встреча

А 29 апреля столичный хоким Джахонгир Артыкходжаев и Мухаммадбабур Ходжаев встретились повторно. По окончании встречи Ходжаев опубликовал открытое обращение к общественности.

«Мы подробно разобрали все упущения, допущенные с моей стороны, и я принял их к сведению для применения в дальнейшей своей деятельности. При этом хоким заверил меня, что будет всячески поддерживать предпринимателей, работающих добросовестно и в рамках законодательства Республики Узбекистан», - цитирует его Газета.uz.

«Сегодня я понимаю, насколько я был неправ [поза]вчера. В целом мое отношение изменилось как к ситуации, так и к самой личности Артыкходжаева», - заявил инвестор, отметив порядочность хокима и указав, что «он не такой, каким его описывают нынешние СМИ». «Также неверны утверждения о том, что он монополизировал страну».

В беседе с корреспондентом Газеты.uz Мухаммадбабур Ходжаев сообщил, что трем из четырех принадлежащих ему объектов, по которым были поданы судебные иски, уже не угрожает снос, так как дела по трем из них уже решены в его пользу. (Интересно было бы узнать, когда это произошло). «На сегодняшний день я считаю свой вопрос закрытым и полностью удовлетворен результатом нашего диалога. Со своей стороны хотел бы выразить слова сожаления о том, что негативно повлиял на имидж г-на Артыкходжаева, придавая гласность данному делу через международные СМИ. Теперь я точно знаю, что любой вопрос можно решать посредством конструктивного диалога», - говорится в обращении.

Инвестор отметил, что будет устранять нарушения и недостатки в своих объектах по мере их выявления. «В принципе, в моих домах жалоб не было. Хокимият перепутал дома на улице Магрур, они не мои», - напомнил он (имеется в виду критика некачественного жилья в видеоролике столичной администрации и в сообщении ГУВД – ред.), добавив, что «возможны нарушения в одном-двух домах». Касательно возможной недоплаты налогов, Мухаммадбабур Ходжаев сказал, что во время последнего разговора «эти вопросы не поднимались».

Однако похоже, что ими намерено заняться другое ведомство. Государственный налоговый комитет (ГНК) изучит деятельность инвестора Мухаммадбабура Ходжаева и застройщика Азиза Закирова на предмет соблюдения законодательства, сообщил корреспондент Podrobno.uz днем позже, 30 апреля.

Промежуточные итоги

Встреча с ташкентским градоначальником, которого горожане не избирали, показала, что с точки зрения соблюдения законодательства обе стороны, мягко говоря, не совсем чисты. Но нарушения застройщика общераспространенны - такие же как у других участников этого вида бизнеса, то есть необходимо поднимать вопрос об установлении приемлемых правил для всех. В целом инвестору дали понять, что если он продолжит требовать возмещения ущерба за снос своих новостроек, то ему насчитают неуплаченные налоги на сумму в два с половиной раза больше плюс огромные компенсации за возможное переселение жителей из других его домов, которые могут отправиться под снос (и хорошо, если обойдется только этим). Похоже, что стороны пришли к взаимопониманию – мгновенно решившиеся дела с судом свидетельствуют именно об этом (хотя ГНК всё-таки начал проверку).

Улаживание дел в суде сразу напоминает об их неравноправии – ведь инвестор Ходжаев не может инициировать проверку компаний хокима-предпринимателя: что бы тот ни творил, никто и не думает вчинять ему судебные иски. «Обратите внимание на такую деталь: в декабре 2018 года Минфин Узбекистана обнародовал очень интересные показатели о самых крупных предприятиях-налогоплательщиках Узбекистана, - пишет один из читателей. - Так вот в этом списке фигурируют гиганты, начиная от СП Лукойл до местных нефтегазовых и горнопромышленных предприятий, и даже «Ташкентвино», но [крупнейшего в стране частного] холдинга господина Артыкходжаева среди крупных налогоплательщиков нет. Вопрос: что, Артель, Акфа, Амилов, причастные девелоперские компании зарабатывают меньше, чем Ташкентвино?».

Главные вопросы – о злоупотреблении служебным положением, компенсации убытков и выдавливании с рынка в ходе обсуждения остались без ответа (как и еще более важные – о том, что махровые коррупционеры имеют наглость обвинять кого-то в неуплате налогов и тому подобных прегрешениях). По сути, встреча с хокимом стала публичным шантажом: будешь говорить – мы тебя! А нет, может, простим. Как видите, метод кнута и пряника оказался вполне эффективен, и о чем они там сговорились, остается только гадать.

Статьи по теме:

Преступная схема. Open Democracy о градоначальнике Ташкента Джахонгире Артыкходжаеве.

«Жителей предупреждали о сносах». Хоким Ташкента Джахонгир Артыкходжаев отреагировал на статью в The Guardian.

Выселены без предупреждения: ташкентские сносы вызывают гнев.


Соб. инф.


Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены